чашку с водой и протянул её Анри.
Он выпил и как будто успокоился:
— Тебе придётся думать самому. Соедини его дар с нашим.
— Это то, что он делал? — я присел рядом.
Анри кивнул.
— Внушал во сне? Внушал тебе создавать сны?
Анри, молча и не моргая, смотрел на меня.
— Создавать сны для кого-то? Плохие сны?
Без изменений. Тут я вспомнил, о чём мы говорили с Жасмин, о её отце:
— Люди в этих снах… умирали?
Глаза Анри стали совсем тёмными и застывшими, лицо своей неподвижностью напоминало маску. Так что я снова испугался за него.
— Анри, Анри, — я похлопал у него перед носом — он заморгал и ожил:
— Что? Ты что-то сказал?
Я покачал головой. Нужно что-то делать. Наверное, Анри нужна помощь психолога или психотерапевта. Кого-то мне напоминало его поведение. Профессора Эшби, с его странной нервной потерей памяти.
— Послушай, кем бы он ни был — он не может найти нас так быстро. Этот адрес знают только Джеффри и Оливер.
— Он может знать о них — из моих воспоминаний, — Анри рассеянно смотрел на меня.
— Всё равно, ему потребуется время, чтобы найти их. А потом как-то выведать, где я живу.
— Квартира — твоя собственность?
— Нет, съёмная.
— Это усложняет поиск. Но всё равно, наверняка есть списки арендаторов.
— Может быть. Всё равно, это не так быстро. Думаю, день-два мы здесь в безопасности.
Анри посмотрел на меня уставшим взглядом:
— Я везде в опасности, пока нужен Этьену. А я буду нужен ему, пока жив. Или пока жив он. И как только он узнает, что ты жив-здоров и умеешь создавать сны — он захочет и тебя прибрать к рукам.
Я вздохнул:
— Ладно, давай доживём до утра, а там что-то решим — «утро вечера мудренее». Выспаться не помешает в любом случае.
— Выспаться?! — голос Анри дрожал, — Нет уж. Я, пожалуй, сегодня не буду спать, — он нервно улыбнулся.
Я непонимающе смотрел на него.
— Он придёт за мной, — Анри снова весь сжался, — вернее… я сам приведу его. В свой сон.
— Но зачем??
— Такая программа в моей голове!!! Ты не понимаешь. Я его проводник в мир снов! Я… марионетка. А он — кукловод, — сейчас Анри, и правда, был похож на сломанную игрушку: поникшие руки и плечи, застывшие глаза.
— Но ты сбежал. Ты нашёл меня. Ты смог рассказать. А значит, можешь делать не только то, что он тебя заставляет.
Анри задумался и кивнул:
— Где-то он допустил ошибку. Ослабил бдительность. Был уверен, что я полностью в его власти. А оказалось, что нет. Недавно… я вспомнил… своё детство, и как меня похитили. Мне удалось скрыть это от Этьена. Наверное, он считал, что после стольких лет моя память уже не восстановится, и нет особой нужды держать меня под замком. Но долго обманывать его мне бы не удалось — и я сбежал при первой возможности. Я мечтал вернуться домой: найти родителей, тебя, — Анри чуть улыбнулся, мягко и грустно.
Но улыбка тут же исчезла, и он покачал головой:
— Теперь я понимаю, что нужно было бежать куда угодно, только не сюда. Здесь он найдёт меня. Я старался не спать в пути — чтобы не останавливаться, не тратить время и не быть совсем беззащитным. Но вчера я, всё же, заснул.
Лицо его дрогнуло:
— И Этьен был в моём сне. Я понимаю, что сам привёл его — как иначе он смог. Он сказал, чтобы я возвращался. Что он всё равно найдёт меня. Что мы связаны, и эту связь никто не может разорвать.
— Но теперь я с тобой, — я взял его за руку, — И буду охранять тебя в твоём сне. Ты же не можешь не спать вечно.
— Не могу, — он устало покачал головой, — рано или поздно я засну. И сны мои будут принадлежать ему.
— Мы найдём, как прервать эту связь. В конце концов, мы оба можем управлять снами. И придумаем, как избавиться от него.
Анри смотрел на меня, словно пытаясь понять: действительно ли я думаю то, что говорю. Потом кивнул:
— Давай попробуем. Кроме этих пут мне нечего терять. Как хорошо, что мы снова вместе, — он улыбнулся, но тут же вновь стал печально серьезным, — Прости, что подставил тебя под удар.
— Даже не думай об этом. Это самое малое, что я могу для тебя сделать. Анри… Я… — слов не нашлось, и я просто обнял его.
Это же мой брат, ближе него у меня никого нет. И пусть мы не виделись столько лет — мы семья. Я нужен ему. И я буду его защищать.
— Не бойся, — я чуть отодвинулся от него, — Засыпай спокойно. Я тоже усну. И буду в твоём сне. Я буду рядом с тобой, Анри — во снах и наяву.
Он улыбнулся:
— Ты настоящий старший брат.
Несмотря на все волнения и опасения, Анри заснул быстро. Видимо, это у нас семейное — мы легко погружались в сон по своему желанию. Я лёг рядом и, засыпая, нащупывал дорожку в его сновидение.
Анри сидел на холме, густо заросшем травой. Волосы его трепетали на ветру, так же как и трава.
— Это место, я помню его, — он оглядывался по сторонам, — Оно же реально существует? Мне было хорошо здесь.
— Да, это похоже на холм рядом с имением Джеффри, — я стоял рядом и смотрел на него, — Мы часто гуляли тут в детстве.
Анри откинулся на спину и подложил руки под голову. Улыбаясь, он смотрел в небо:
— Хорошо бы вернуться в прошлое. Или хотя бы… остаться навсегда здесь. Где тихо, спокойно и лишь трава и ветер.
Я молчал. Мне тоже было знакомо желание остаться во снах. Ты можешь быть где угодно и кем угодно. И даже с кем — хотя бы отчасти.
— Жаль нарушать идиллию. Но Анри, дорогой мой, ты бы умер с тоски.
Голос, вязкий и липкий, как мёд. Как мёд с привкусом полыни. Я понял, кто это. Но почему-то не спешил оборачиваться. Я взглянул на Анри: его словно парализовало, в глазах был ужас. Ужас и обречённость. Но нет, этого я не позволю. Я обернулся.
В нескольких шагах от нас стоял мужчина одного роста со мной: густые светлые волосы, голубые глаза — холодные, пронзительные.
— Не смотри на него! И не слушай! — Анри дёрнул меня за руку.
— О-о, Анри, ты преувеличиваешь мои способности. Кто твой друг? — в голосе читалась мягкая улыбка; так и хотелось посмотреть на его обладателя, — Хотя… можешь не отвечать. Я знаю. Ты более чем предсказуем, Анри. Вы похожи. И кто
